«Чем больше живете чужим умом, тем быстрее лишаетесь своего»
Алексейчик А.

КИЕВСКАЯ ОСЕНЬ — 2004. ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЕ ВСТРЕЧИ

В этой небольшой подборке представлены некоторые материалы исследования с помощью метода, альтернативного социологическому. Мы назвали его методом экзистенциальных встреч. Он был опробован во время выборной компании на украинских президентских выборах, результаты этих исследований были использованы моим другом, политическим консультантом.

Метод этот исходит из философии экзистенциализма, кардинально отличаясь по своим базовым принципам от социологического. В чем отличие?

Во-первых, такое исследование проводится исключительно для конкретного человека — заказчика. Понимать и использовать их осмысленно может только он и только в одном временном пласте с исследованием, в день и час поступления ему исследовательской информации. Материалы исследований как бы располагаются в контексте жизни заказчика.

Соответственно, такое исследование требует своеобразной со-настройки исследователя и заказчика.

Во-вторых, исследование такого типа — порождение исследователем текста о жизни человека. Если в социологии исследователь выспрашивает мнение респондента о чем-то, при этом концентрируя сознание человека на том, на чем он не был сконцентрирован и как бы заставляя это мнение формулировать, создавая его, то в нашем исследовании интерес не к мнению о выборах, а к жизни человека.

В-третьих, исследования такого типа не являются массовыми исследованиями. В них исключительна значимость каждого диалога. Невозможно и бессмысленно в таком исследовании требовать, чтобы исследователь завязывал беседу с каждым встречным. Встреча, диалог в таком исследовании — это проявление движения души. Они свершаются редко. Без насильственного любопытства исследователя, без суеты. Из глубины души появляется чувство, предвосхищение Встречи, особый настрой исследователя на глубину и значимость происходящего. Только после этого Встреча происходит.

М. Хайдеггер считал, что только во время Встреч мы живем, в остальное время мы — мертвы, в остальное время мы — просто носители чьих-то взглядов, каких-то стереотипов. По-видимому, перед смертью мы вспоминаем именно Встречи.

Материалы исследований часто расценивались заказчиком как мистические откровения. Это были откровения лично ему.

ВСТРЕЧА 1

2 октября 2004 г., 14.00, Киев, Крещатик

Пожилая опрятно одетая женщина просит милостыню. Подаю милостыню.

— Сколько Вам лет, бабушка?

— А сколько, угадайте?

— Восемьдесят пять?

— Не угадали — девяносто один год! Что — не выгляжу?

Я большую часть жизни у Патона проработала. Награды имела. Избиралась. Могла ли подумать, что под конец жизни выйду на Крещатик милостыню просить! Вот Вы не можете сказать, где в будущем окажетесь — на троне или на паперти. И я не могла… Но не ради себя прошу, а ради больного внука.

— А что с внуком?

— В войну я в госпитале работала, в полевом. А когда немцы Киев заняли — раненых спасала, по семьям их распределяла, много их здесь осталось. Меня в гестапо забрали. Я тогда в первый раз Богу помолилась, и он ответил: «Иди и ничего не бойся, Я буду с тобой!» Там немцы следователи были и наш, морда наевшаяся. Я на вопрос немцев отвечала, мол, ничего о наших раненых не знаю. А наш говорит: разве не видно — комсомолка, надо ее для примеру повесить! Тогда я перекрестилась и говорю немцам (поняла вдруг, что они по-русски понимают), что я потому и осталась, что вас ждала, и другие киевляне ждали. А этот — провокатор, красный шпион, специально хочет народ поссорить с вами. Так я спаслась.

— А пенсия какая, бабушка?

— Пенсия — сама сейчас не пойму. Говорят, Кучма то ли уже поднял, то ли поднимать будет. Пенсия унизительная. Дорогие поздравления к праздникам присылает — издевается прямо…

Видите, сколько народа: идут, гуляют, а меня не видят. А что я могу? Я молюсь за здоровье тех, кто мне подает.

— Как Вас звать, бабушка?

— Анна. А ваше имя как будет?

— Мое имя Семен.

Бабушка, а как голосовать?

— Против Януковича надо. Он насильник. Двух девочек изнасиловал. Нам депутат рассказывал. За Ющенко надо. Вы телевизор смотрите? Видели, как его отравить пытались? Паразиты.

А сами Вы киевский-то?

— Нет, я приезжий. В командировке.

А Вы депутату, что про Януковича рассказывал, верите?

— А как же не верить!. Депутату-то. Коли он с нами, стариками, встречается, уважил нас. Раньше таких не было, чтобы к старикам сами ходили, про все рассказывали.

ВСТРЕЧА 2

8 октября, 18.30, Киев, ул. Красноармейская

Очень пожилая женщина, плохо, но аккуратно одетая. Напомнила мне бабушку. Стояла посреди тротуара и, казалось, пристально смотрела на меня.

— Бабушка, Вы смотрите на меня?

— Сынок, поговори со мной.

— Бабушка, Вы видите меня?

— Я тебя не вижу, сынок. Пелена. Говорят, езжай, искусственный хрусталик делай. А денег на него где брать — не сказали.

— Бабушка, а дети, внуки что ж деньгами не помогли?

— Да у них самих денег нет, еле перебиваются. Я дочери образование давала, думала — врачом сделаю, в люди выведу, врачи всегда нужны будут, всегда пригодятся, всегда с куском хлеба. Нужно было ее в продавцы отдавать или в бухгалтера, чтоб к воровскому делу с детства приучалась. Надо было много детей рожать. А родила одну, дура. Муж шофером был, в аварии погиб. По любви и из верности больше ни к кому не прилипала, замуж не выходила. Дочь — врач ухо-горло-нос в поликлинике, имеет, как говорится, с гулькин нос. Муж ее — инженер на железной дороге, тоже не дай Бог. Я, как на пенсию ушла, внучку выращивала одну, потом вторую смотрела. Теперь внучки на своих ногах стоят — младшей осьмнадцатый пошел, старшей — шестнадцать. Я не нужна. Дома тишина телефонная. С утра прилипну к радио и слушаю, а что ж делать-то…

— И что, к Вам не приходят дочь с семьей?

— Как не приходить — приходят. По праздникам и именинам. А живу ж я каждый день…

— А по телефону?

— По телефону: что, мол, тебе? А как я отвечу, что мне? Когда сама не знаю. Говорят, немцы копят деньги на старость, а потом ездят по миру туристами. Туризмом, стало быть, свое одиночество запивают. Сынок, ты даже не поверишь, — меня болезни развлекают, есть чем заняться, в аптеку, в поликлинику сходить.

— А подруги — как?

— Кто как. Некоторые померли, а остальные — так же.

— Бабушка, с Вами интересно говорить. Скажите, а за кого мне голосовать на президентских выборах?

— Ой, сынок, так много брешут. Говорят, что один бандит и насильник, а другой, говорят, американский шпийон. Но на моей памяти людей часто оговаривали. Кто из них честно ответит на все вопросы и объяснит, как будет улучшать жизнь людей — за того голосуй. А кто будет вокруг да около — за того не надо.

— А Вы уже решили, за кого?

— Не решила. Жду. Решаю.

— А если бы вдруг президентом стали, чтобы Вы сделали для стариков?

— Я — президентом? Ты шутишь, сынок!

— Пускай понарошку, но вдруг он рядом стоит и нас слышит?

— Я бы со стариками разговаривала. Мне тошнит не от голода, а от тишины… И знаешь, я бы как-то сделала, чтобы молодые думали о своей старости — что они до нее доживут и что они будут тогда делать.

— Дай Вам Бог здоровья, бабушка!

— И тебе спасибо, мил человек.

ВСТРЕЧА 3

11 октября, 22.00, Киев, Крещатик

Женщина лет пятидесяти, виолончелист. Я останавливаюсь ее послушать, потом подаю деньги.

— Спасибо, Вы первый, кто заплатил.

— Но у Вас же здесь много денег лежит?

— Это я сама положила, чтобы люди думали, что мне многие платят.

— Вы замечательно играете.

— Вы любитель виолончели?

— Честно говоря, за всю мою жизнь единственный период увлечения музыкой связан с клубом самодеятельной песни в моей молодости — сейчас это называют авторской песней.

— Я тоже была этим увлечена… Сейчас вот в Запорожье большой фестиваль проходил — но для меня это прошлое.

Скажите, а какая мелодия в последнее время чаще всего звучит у Вас в голове, если не секрет?

— Какой там секрет!.. «Один и тот же сон мне повторяться стал, мне снится, будто я от поезда отстал, один в лесу зимой на станции ушел…

— …А скорый поезд мой пошел, пошел, пошел». Помню, конечно. Знаете, фильм «Титаник» на меня произвел впечатление, неизвестно еще что ушло — скорее всего, «Титаник» отплыл, а интеллигенция осталась на берегу и не понимает, что это — ее спасение.

— В России, кажется, интеллигенция отплыла на «Титанике». Ей дали заработать, обслуживая чиновников и бизнесменов написанием за них диссертаций и книг по любым отраслям знаний, вплоть до стихов и научной фантастики, консультируя их по любым вопросам жизни…

— Так Вы из России?!

— Из России, в командировке.

— Россия вся мне напоминает «Титаник». В Апокалипсисе, по-моему, была восьмерка царей. Россия — туда же лезет, в свалку Армагеддона. Вот уже и китайский Дракон проснулся после тысячелетней спячки.

— Первого человека за много лет встречаю, который знает текст Апокалипсиса.

— А я многих встречала — среди музыкантов, настоящих!

— У Вас же сейчас выборы? Как я понимаю, выбор между Россией и Америкой. Один кандидат пророссийский, а другой — проамериканский.

— Это — трагический выбор. Вот живут себе шведы своими шведскими нуждами, постепенно развиваются, благоустраивают свою жизнь… или швейцарцы те же. И мысли не держат, что проблемы жизни в их стране решатся, если присоединиться к кому-то.

Так что ни я, ни кто-нибудь из моих друзей не будет принимать участия в голосовании.

— Как у Высоцкого — «Колея это только моя, пробирайтесь своей колеей»?

— Да, именно так. Мне понравилось, как когда-то Фидель прямо сказал народу: «Страна мы небогатая, но независимая. Я не обещаю вам процветания, но обещаю, что налажу хотя бы приличную доступную медицину и спорт. Разобьюсь, но сделаю. Остальное — следующие поколения».

— Так и сказал?

— Так и сказал, помню так. А у нас таких людей нет. Чтобы обещали немного, но железно.

— Да, у вас свои проблемы, у нас — свои.

Скажите, а как Вы так стоите и не замерзаете? Холодно ведь!

— А мне внутри тепло. Я знаю, зачем сюда прихожу. И Вам того же ощущения желаю!

ВСТРЕЧА 4

15 октября, 13.00, Киев, ул. Леси Украинки, пешеходный переход через улицу

Пожилой мужчина, лет семидесяти пяти-восьмидесяти, попросил помочь ему перейти через улицу.

— Отец, скажите, по-Вашему, за кого голосовать?

— Не знаю. Я еще не решил. Мне умирать горько. Моя жизнь оказалась никому не нужна. Вот мне пошел восьмидесятый, скоро помирать, а мне кажется, что я уже умер.

— Как это?

— А вот так. Не знаю, куда себя приложить.

— А если мемуары писать?

— О чем Вы!? Я же ведь не маршал и не генерал. Я пытаюсь дочери рассказывать о прошлом — так она мне, мол, «зас… мозги внукам». А у внуков футбол и девочки на уме. Дело молодое.

— За Ющенко-то они бегают на митинги?!

— Бегают, время есть. Говорят: «Дед, голосуй за Ющенку, он всем ветеранам орден даст от незалежной Украины». Я спрашиваю: «А бандеровцам даст?». Они мне: «Дед, ты и на смертном одре с ними не помиришься, что ли?».


Есельсон Семен — директор Института экзистенциального консультирования и осмысления религиозного опыта, практикующий экзистенциальный консультант, философ, конфликтолог; стаж консультирования — 23 года. (Данные об авторе — на момент выхода статьи)